Довербальные репрезентации: что было, когда ещё не было слова

Кратко. Как появляются репрезентации, если ребёнок ещё не умеет разговаривать? И как они проявляются у взрослых? Самые устойчивые и влиятельные внутренние образы складываются до появления речи — и потом десятилетиями работают без слов: через тело, внезапный аффект и действия.

Основная идея

Репрезентация далеко не исчерпывается словом. Более того, самые фундаментальные, устойчивые и влиятельные репрезентации формируются именно довербально — на первом году жизни, задолго до появления речи и понятийного мышления.

В психологии и психоанализе репрезентации чётко делят по уровню их организации и кодирования.

Довербальные репрезентации: первый год жизни

Младенец ещё не владеет языком, но его психика уже непрерывно структурирует опыт. Как выглядят репрезентации этого периода:

Соматосенсорные и телесные слепки. Репрезентация мира и Другого строится через физический контакт: тепло или холод рук матери, ритм укачивания, запах кожи, тон голоса, мышечный тонус, наполненность или спазм в желудке.
Аффективно-моторные паттерны (Даниэль Стерн). Стерн ввёл понятие RIGs (Representations of Interactions that have been Generalized) — репрезентации обобщённых взаимодействий. Младенец запоминает не слово «мама», а повторяющийся динамический паттерн: «мне плохо → я кричу → появляется знакомый контур, меня берут на руки, тембр голоса мягкий → напряжение в теле спадает». Из тысяч таких повторений кристаллизуется довербальная репрезентация мира — безопасного и отзывчивого или, наоборот, хаотичного и холодного.
Имплицитная (процедурная) память. Эти образы кодируются структурами мозга, которые созревают раньше коры, — прежде всего миндалиной и базальными ганглиями (подробнее — в статье о репрезентации в нейропсихологии). Это «знание без осознания»: мы не можем вспомнить эти эпизоды или назвать их словами, но они работают как готовые сценарии эмоционального реагирования. В теории привязанности это называют внутренними рабочими моделями Боулби.

Психоаналитический взгляд: от вещи к слову

В психодинамической традиции эта разница принципиальна:

Репрезентация вещи (Sachvorstellung, по Фрейду). Ранний бессознательный образ из первичных чувственных следов памяти — зрительных, слуховых, тактильных, аффективных. Именно так работает психика младенца и первичное бессознательное.
Репрезентация слова (Wortvorstellung). Появляется позже, когда чувственный образ соединяется с языковым знаком. Только когда репрезентация вещи связывается с репрезентацией слова, содержание психики можно осознать, проговорить и встроить во вторичные процессы мышления.
Расщеплённые ранние репрезентации (Мелани Кляйн, Отто Кернберг). До года мир ребёнка полярен. Есть довербальные репрезентации «Идеального, Хорошего объекта» — сытость, блаженство, единение с матерью — и «Преследующего, Плохого объекта» — голод, боль, ярость брошенности. Эти первичные матрицы остаются в бессознательном на всю жизнь и включаются в моменты сильного стресса, кризиса или регресса.

Как довербальные репрезентации проявляются у взрослого

У этих ранних структур нет ярлыка со словом. Поэтому у взрослого они проявляются не как связные мысли, а через:

Телесные реакции (соматизация). Спазм в горле, внезапная слабость, тошнота, мышечный зажим при определённом типе коммуникации — например, при холодном молчании собеседника на переговорах.
Безотчётный аффект. Ощущение тотального одиночества, экзистенциального ужаса или внезапной эйфории, которому человек не может подобрать объяснение: «не понимаю, почему меня так накрыло».
Отыгрывание (acting out). Поведение включается раньше мысли — человек бессознательно воспроизводит ранний сценарий: хлопает дверью, уходит в глухую защиту или цепляется за партнёра. Как перевести такое напряжение из действия в мысль — в статье о рефлексии в психологии.

Как применять

Репрезентация — это многослойная система. Словесный образ — лишь верхний, самый поздний и наиболее рационализированный этаж психики. Под ним лежит мощный фундамент довербальных соматических и аффективных репрезентаций, заложенных до года.

Большая часть глубинной психологической работы как раз и состоит в том, чтобы помочь человеку заметить эти бессловесные телесно-аффективные слепки и впервые облечь их в слова — символизировать, сделав управляемыми.